После того как стало ясно, что главным оружием в войне с Украиной являются беспилотники, в России произошел бум дроностроения: гаражные стартапы превратились в крупнейшие российские бизнесы, привлекшие уже более 200 млрд рублей в виде инвестиций и получающие не менее 130 млрд рублей выручки в год. Многие из этих кровавых стартапов маскируются под проекты для доставки пиццы, сельского хозяйства или борьбы с лесными пожарами. Существование этого бизнеса полностью зависит от иностранных поставок. Готовые дроны из Китая уже почти не ввозят, но вот импорт компонентов вырос почти втрое, достигнув $0,5 млрд (и это на фоне падения в разы китайского экспорта электронных деталей в Россию). Достаточно Китаю запретить поставки в Россию электромоторчиков — и вся дроновая индустрия в России рухнет.
Аудиоверсия Apple Podcasts / Spotify / YouTube
Летать как пицца, жалить как «Сибирячок»
Дроны в Москве будут доставлять посылки и продукты из «ВкусВилла» и «Пятерочки», оценивать ход строительных работ и мониторить состояние вышек связи с воздуха, обещал в 2023 году руководитель компании ЦУГАМ (Центр управления городской аэромобильностью), основанной в рамках Московского инновационного кластера (МИК). Замгендиректора ЦУГАМ Андрей Аникин утверждал, что соглашения с «ВкусВиллом», X5 Group, Почтой России и «Додо Пиццей» уже заключены — правда, представители компаний это не подтверждали.
Никакой доставки пиццы беспилотниками в столице запущено, конечно же, не было — ни в 2024-м, ни в 2025 году. Зато ЦУГАМ стал одной из самых быстроразвивающихся компаний, основанных после начала 2022 года, — за счет того, что скупил доли во всех производителях беспилотников, которые российская армия использует в войне против Украины.
Статью о будущем московской доставки газета «Известия» в выпуске от 28 сентября 2023 года проиллюстрировала китайским квадрокоптером AEE AP10
Когда Андрей Аникин обещал инвесторам киберпанк московского разлива, ЦУГАМ уже вошел в капитал производителя дронов «Гарпия», «Сибирячок» и «Бумеранг» (про которые The Insider писал ранее). А еще несколько месяцев спустя, видимо не дождавшись открытия неба для беспилотников над Москвой, ЦУГАМ открыл производство и полигон на оккупированной Россией территории Луганского авиационного ремонтного завода, а обучение — на территории гаражного кооператива в аннексированном Севастополе.
«За прошлый год получилось выйти на темпы свыше 70 тысяч дронов в год», — рассказывает о «Сибирячке» РИА «Новости», никак не упоминая ни о том, что производство относится к Московскому инновационному кластеру, ни о том, что происходит это все на десятки миллиардов рублей из московского бюджета. На сайте самого МИК используется лексика, более уместная в Кремниевой долине: «венчурный центр», «технологические городские проекты», «масштабирование технологических проектов», «биржа прототипирования». ЦУГАМ возглавляет Ольга Соколова — бывший гендиректор НПО «Молния», которое она в одном из своих интервью называла «советской Силиконовой долиной».
Глава ЦУГАМ Ольга Соколова, главный поставщик дронов-убийц
Однако деловые СМИ компанией ЦУГАМ и его дочерними компаниями особо не интересуются — что удивительно, ведь выручка этих компаний в 2023–2024 годах в совокупности составила 28 млрд рублей (это примерно четверть всей выручки на рынке дронов). Для сравнения: выручка всех действующих российских компаний, занимающихся производством промышленных роботов, в 2024 году составила 4,6 млрд рублей, а выручка всех компаний, занимающихся научно-техническими исследованиями, — за исключением тех, которые производят военные дроны, — 65 млрд рублей.
Беспилотная лихорадка
Начиная с 2023 года в России было зарегистрировано рекордное в истории количество компаний, специализирующихся на производстве авиатехники, — 407. Многие из них связаны с производством дронов, установил The Insider, и многие производят именно те дроны, которые применяются на фронте.
The Insider установил как минимум 140 компаний, производящих дроны, — как новых, кустарных производств, так и старых, еще советских конструкторских бюро, и еще более 60 компаний и организаций, которые либо поставляют запчасти для них, либо перепродают их дроны, либо обучают операторов. Вот полный список предприятий.
Их общая выручка за 2024 год превышает 136 млрд рублей, а совокупный долг в 2023–2024 году — то есть инвестиции — 243 млрд рублей. Для сравнения, на развитие всей атомной энергетики в ближайшие шесть лет из бюджета планируют выделить 277 млрд рублей. Сопоставимые суммы, но также в расчете на шесть лет, планируют потратить в России на переработку мусора, строительство очистных сооружений и ликвидацию серьезных экологических загрязнений.
В дроны за год инвестируют столько же, сколько в атомную энергетику за шесть лет
Фактически ЦУГАМ и десятки других производителей дронов, появившихся в России за последние три года, стали «хайтек-единорогами». Выручка некоторых из них — сотни миллионов и даже миллиарды рублей. При этом пропаганда преподносит компании как технологичные стартапы, а не производителей орудий убийства. Имиджевые видео в Z-каналах апеллируют как будто не к заказчикам из Минобороны, а к молодежи и даже школьникам.
Дрон «Бумеранг» — один из продуктов Московского инновационного кластера
Под гражданским прикрытием
Нередко компании скрывают, что производят в первую очередь дроны для фронта, и официально заявляют, что занимаются гражданскими беспилотниками. Например, производитель дронов Supercam на своем сайте подробно рассказывает, как его продукция применяется в сельском хозяйстве, нефтегазовой промышленности, электроэнергетике и экологии. И действительно, эти беспилотники используются МЧС, предприятиями лесоохраны и экологическими организациями. Но и на войне тоже. Supercam пришлось значительно расширить производство и даже выкупить ТЦ «Солнечный» в Рязани, писало местное издание YA62.ru. На месте гипермаркета «Лента» теперь собирают дроны-разведчики.
Военнослужащий 25-й общевойсковой армии ВС РФ на лиманском направлении с дроном Supercam S350. 2 февраля 2025 года
С гражданским применением БПЛА при этом государство не вполне справляется. По данным газеты «Ведомости», госзаказ на гражданские дроны за 2024 год к концу апреля 2025 года не был выполнен. При этом составлял он всего 3 тысячи дронов. Помимо очевидной причины — все производители заняты военными дронами, — проблема в отсутствии финансирования: «Коммерсантъ» писал, что производители не могли получить средства в рамках госзаказа из-за бюрократии.
Закупкой гражданских дронов в России с апреля 2024 года руководит Государственная транспортная лизинговая компания (ГТЛК). Она должна собирать информацию о потребности в беспилотниках у государственных компаний и учреждений и распределять заказ среди производителей. В 2024 году ГТЛК заключила контрактов на поставку дронов для госпредприятий на 2,2 млрд рублей.
Объемы гражданского заказа на БПЛА не могут сравниться с военными нуждами. Летом 2024 года министр обороны Андрей Белоусов утверждал, что на фронт поступает до 4 тысяч дронов в сутки. К декабрю его оценка стала скромнее, но все еще была огромной: по словам министра, для нужд армии было закуплено «более 100 тысяч изделий малых конструкторских бюро и гражданских производителей». Белоусов утверждал, что к концу 2024 года гражданские производители выпускали до 40 тысяч БПЛА и FPV-дронов в месяц.
Зависимость от Китая
В 2022 году FPV-дроны в силу ограничений дальности связи применялись на расстояниях до 2 км и имели примитивный функционал (например, сбросить снаряд). Однако довольно быстро военные научились использовать дроны-ретрансляторы, что позволило залетать глубоко в тыл врага. «Снарядный голод» спровоцировал и Россию, и Украину нарастить применение дронов, которые могли сбрасывать боеприпасы более прицельно.
Изначально российские военные использовали в основном легкие китайские беспилотники — так называемые «свадебные квадрокоптеры» производства DJI, Autel и компаний поменьше. После нескольких публикаций о том, что подобные дроны используются в военных целях, правительство Китая ограничило их экспорт. Как показало расследование OCCRP и «Важных историй», поставки таких дронов в Россию шли в том числе через Казахстан. The Insider изучил данные таможенных деклараций и обнаружил, что к 2024 году задекларированный ввоз готовых дронов и фирменных запчастей к дронам известных массовых производителей стал практически равен нулю. Прекратились поставки как из Китая напрямую, так и через Казахстан. (Большие беспилотники самолетного типа Россия при этом достаточно давно делала сама.)
Несмотря на общее падение импорта в Россию электронных компонентов, поставки для компаний, производящих дроны, только увеличиваются (импортируются не только запчасти, но и оборудование для производства дронов: печи, сушилки, режущие, штамповочные и гибочные станки, намоточное оборудование, кругло-шлифовальные, токарные и фрезерные станки, формы для литья, литейные машины и 3D-принтеры). Производители дронов и их поставщики ввозят в основном двигатели (38% импорта компаний из списка The Insider в денежном выражении), контроллеры (25% импорта) и аккумуляторы (20% импорта).
Так, импорт компании «Рустакт» с начала 2023 года и до середины января 2025 года составил почти 40 млрд рублей — это рекорд по ввозу в Россию китайских компонентов для дронов. Компания официально производит дрон «ВТ-40» (другие названия — ПВХ, «Судный день», «Судоплатов»), названный в честь погибшего пропагандиста Владлена Татарского. Хотя китайский поставщик, компания Shenzhen Kiosk Electronic (и ее «дочка» Shenzhen Nasmin Technology) производит и продает разную технику и компоненты, именно реклама дрона с кастомизацией размещена на его официальном сайте и на странице на маркетплейсе Alibaba.
Импортное у самого патриотического дрона примерно все: «Рустакт» везет из Китая контроллеры, батареи, антенны, двигатели, камеры и даже гайки и пластиковые корпуса. Часть поставок идет напрямую в Батайск, где, по всей видимости, находится один из цехов по сборке дронов «ВТ-40». Z-паблики не раз писали, что цена «ВТ-40» завышена (фактическая стоимость дронов составляла 20 тысяч рублей, а продавали их за 40 тысяч), а сам дрон — скорее пиар-акция и часто не долетает до противника.
«В последнее время из войск идет большой поток жалоб на судоплатовцев. Основной посыл — требуют показухи с ударами по технике, игнорируя реальную боевую необходимость, например, когда несколько дронов нужно загнать в дверь блиндажа, чтобы штурмовая пехота успела сблизиться, снижая потери»,
— писал в декабре 2023 года «военкор» Роман Сапоньков.
В январе 2024 года место проведения экзамена для операторов данных FPV-дронов атаковали ВСУ. Тогда погибли 24 человека. В мае 2024 года, по данным Сапонькова, отношения Минобороны и «судоплатовцев» были закончены. Однако, судя по каналу производителя, дроны продолжают применяться на фронте.
Начались проблемы и у производителя дронов «Сибирячок» и «Сибирь»: на бывшего руководителя проекта «Сибирская навигационная компания» Владислава Пыльского осенью 2024 года завели уголовное дело. «У представителей Минобороны возникли вопросы к качеству двигателей БПЛА, предназначенных для ВС РФ», — объяснил это обстоятельство источник ТАСС. Именно «Сибирская навигационная компания» контролирует производителя «Сибирячка» ООО «ЭВР» — вместе с ЦУГАМ, вкладывающим деньги российской столицы в дроны-убийцы.
Как остановить производство дронов в России
Российские дроноделы начали с нуля в условиях таможенных барьеров, господства крупных старорежимных оборонных предприятий и непонимания той роли, которую сыграют FPV-дроны в войне. В бизнес приходили в том числе и спортсмены-дронрейсеры, и бывшие конструкторы мирных дронов. Энтузиасты убийственного бизнеса быстро набрали крупных инвестиций, а многие с успехом ушли работать в госструктуры.
Современных производителей дронов в России можно разделить на три условные группы: взятые под крыло московскими «прогрессивными» инноваторами, пристроившиеся к крупным старым заводам и еще сохраняющие независимость. Бизнес дроноделов очень сильно зависит от импорта: аккумуляторы, контроллеры полета, моторы и камеры везут из Китая. Импорт в этом бизнесе неожиданным образом высоко сконцентрирован, что нетипично для российского ВПК.
Компоненты для массовых дронов дешевы, несложны и практически не зависят от поставок европейских и американских микросхем топ-класса. Санкционных рычагов влияния на этот бизнес у Запада нет: вряд ли запрет тем, кто в гараже собирает беспилотники, ездить на Лазурный берег или торговать с США помешает потоку запчастей из Китая. Но вот сам Китай может решить судьбу этого рынка (а значит, и в значительной степени — войны в Украине) одним простейшим решением. Стоит, скажем, запретить экспорт в Россию электромоторчиков (которые по большому счету ни для чего, кроме как для сборки дронов, в РФ не используются), как все это производство остановится. Если же в России создадут свое массовое производство таких электромоторов (что в российских реалиях вряд ли возможно быстрее, чем за год), Китай может ограничить любой другой из специфических компонентов. Наладить же массовое производство всех компонентов для дронов на своей территории в разумные сроки Россия будет не в состоянии.