На днях Россия перебросила в Таджикистан ракетные комплексы С-300, способные поражать цели в радиусе до 200 километров. Зачем они там нужны и что собираются сбивать — загадка. Обозреватель Аркадий Дубнов уверен, что не стоит искать смысл этого шага в сфере безопасности: это скорее политическая мера, призванная обозначить зоны влияния России, а заодно формально выполнить обязательства перед Таджикистаном.
Спасение таджиков от невидимой угрозы
В последних числах октября на дислоцированную в Таджикистане 201-ю российскую военную базу (РВБ) перебросили дивизион ракетных комплексов ПВО С-300 "Фаворит". Официальная задача — "прикрытие 201-й РВБ от средств воздушно-космического нападения, а также усиление противовоздушной обороны центральноазиатского региона". В те же дни Москва безвозмездно передала армии Таджикистана партию военной техники и вооружения на сумму в 320 млн рублей (почти $5 млн), включая радиолокационную станцию и бронированные разведывательно-дозорные машины БРДМ-2М.
На церемонии передачи вооружений, состоявшейся в Душанбе после завершения учений ОДКБ, командующий ЦВО генерал-полковник Александр Лапин отметил важность оснащения таджикской армии современным вооружением в условиях «нарастания угроз и расширения зоны нестабильности в приграничных с Афганистаном районах».
Эти приготовления предвосхитили заседание Рабочей группы ОДКБ по Афганистану. Потом в Душанбе приехал секретарь Совета безопасности России Николай Патрушев. Официально цели переговоров были обозначены те же: обеспечение региональной безопасности в контексте ситуации в Афганистане
Что же такого экстраординарного произошло там в последнее время, чтобы российское руководство срочно принялось усиливать защиту воздушного пространства в районе афганской границы?
Да, уже не один месяц сообщается о столкновениях талибов с афганскими силовиками, правительственной армией и полицией. Талибы действительно ведут себя агрессивно, занимая уезды и административные центры по соседству с Таджикистаном. Но это происходит уже много лет. Некоторые уезды в афганском Бадашхане и провинции Кундуз так и вовсе находятся под постоянным контролем "Талибана". Тем не менее подобная ситуация ни разу за последние годы не создавала угроз трансграничных вооруженных нападений со стороны талибов. И уж тем более у талибов нет ракет или авиации, которая могла бы стать мишенью С-300.
Есть и другая угроза — в приграничных северных провинциях Афганистана по некоторым данным скапливаются группы боевиков террористической организации "Исламское государство", в основном, выходцев из центральноазиатских республик, китайского Синьцзяна и с Северного Кавказа. Достоверных сведений об их количестве и структуре нет, но считается, что по мере вытеснения боевиков ИГ из Сирии группировки в Афганистане растут. Разные источники называют цифры от 5 до 20 тысяч боевиков.
"Талибан" и ИГ в Афганистане традиционно находятся в состоянии конфронтации, их цели принципиально различны. Талибы уже много лет остаются внутриафганской военно-политической силой, использующей для возвращения себе власти в стране в том числе и террористические методы, но никогда не стремящейся к внешней экспансии за пределы страны. А боевиков ИГ, остающихся чужестранцами в Афганистане, нацеливают на внешние операции. Подобных вылазок или нападений ждут уже не один год. В первую очередь, в Москве, а затем в столицах Центральной Азии. Гибель лидера ИГ Абу Бакра аль-Багдади в результате спецоперации американских коммандос, скорее всего, на некоторое время приведет к дезорганизации действий верных ему боевиков. Но это не изменит "заточенности" дислоцированных в Афганистане игиловцев на активность вне страны.
Вероятно с этим отчасти связано и стремление российской дипломатии установить прямые контакты с лидерами "Талибана", не раз в последние пару лет приезжавшими в российский МИД. В перспективе взаимодействие с талибами могло бы направить их активность против структур ИГ на севере Афганистана. Это способствовало бы безопасности союзных России государств Центральной Азии, граничащих с Афганистаном.
Но у ИГ , как и у талибов, нет ни ракет, ни авиации, ни даже беспилотников. Тогда для чего С-300?
Сдача металлолома
Примечательно, что С-300, судя по всему, не нужны и самому Таджикистану. Как утверждают таджикские эксперты, пожелавшие сохранить анонимность, Россия в течение шести последних лет предлагала Душанбе разместить ракетные комплексы на своей территории, но республика отказывалась, будучи уверенной, что они не нужны. Сегодня таджикские системы ПВО оснащены старыми советскими комплексами С-125, поставленными на вооружение еще в 1960-годы, но таджикские эксперты считают и С-300 морально устаревшими. А прибывшие на 201-ю РВБ ракеты, полагают они, в будущем так или иначе окажутся в распоряжении таджикских военных. Их оценят в несколько сотен миллионов долларов, приплюсуют к этому расходы на техническое обслуживание, подготовку специалистов и зачтут как поставки обещанного Россией Таджикистану вооружения на сумму в $1 млрд.
Иными словами, для России это способ утилизировать устаревающую технику, заодно выполнив союзнические обязательства. Вдобавок ко всему все это выставляется как важный политический сигнал.
Застолбить поляну
Поставки российских ракетных комплексов в Таджикистан имеют куда меньше военного смысла, чем геополитического. Речь идет о будущей конфигурации сил мировых игроков в регионе после вывода сил США и НАТО из Афганистана. Москва стремится не допустить там силового вакуума и заранее выставляет «красные линии», обозначающие границы своего военно-политического влияния, которые должны предостеречь Китай и Индию (Нью-Дели постоянно демонстрирует свои растущие военные и экономические амбиции в Центральной Азии, стремясь уравновесить мощное присутствие там Китая). Российские ПВО могут стать фактором и случае обострения ситуации в Иране, в случае возобновления угроз США нанести удар по Ирану, во всяком случае так считают информированные дипломатические источники в Москве. Едва ли С-300 тут может помочь, но как символическое обозначение российского присутствия в регионе — может иметь значение.
В целом же настойчивая передислокация Россией своих ракетных комплексов С-300 все дальше от российских границ свидетельствует о продолжающемся стремлении Москвы восстановить свой контроль над постсоветским пространством. Во всяком случае, в Центральной Азии. И возможная деградация обстановки в Афганистане в результате неумолимого сокращения там военного присутствия США волей-неволей играет на руку Москве в этих амбициозных планах.
Поэтому даже если в ближайшие месяцы резкого обострения ситуации в Афганистане не произойдет, как это ожидалось в связи с прошедшими там в конце сентября президентскими выборами, российские официальные и телевизионные говорящие головы будут напоминать нам, что это неизбежно.
Тем более, что всегда могут найтись желающие приложить усилия, чтобы сделать такие прогнозы сбывающимися...